сборник свободных авторов

 

Главная

Архивы
Рецензии
Иллюстрации
Авторский договор
Редакция
 

Злата Арьева

 

 

 

 

РЕКА СМОРОДИНА. ГЛАВА 1. МИХАИЛ

Продолжение. Начало в 35-ом выпуске.

           

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ С ОТРЫВКАМИ ИЗ ГЛАВЫ

 

Бытие парадоксально и противоречиво. День сменяется ночью. За вдохом следует выдох. Бодрствование плавно перетекает в сон. За жизнью следует смерть. И никому не под силу изменить ход судьбы, повернуть вспять привычный круговорот жизни.

Люди бегают, спешат и суетятся, подгоняемые страхом смерти и чувством вины за бесцельно прожитые годы. Они кружатся в стихийных вихрях, жалуясь на жестокие игры в человеческие судьбы неведомых сил, они носятся в поисках свободы и счастья по разным континентам, убегая от себя, преследуемые демонами-искусителями, пребывающими в рвущейся на части душе и никогда не смыкающими глаз. И, кажется, что нет конца и края всем этим страданиям.

- Так что же есть жизнь? – спросил некогда мудреца на смертном одре царь.

- Рождение, страдание, смерть, - шепнул ему на ухо философ.

- Неужели никак нельзя избежать страданий? – подумала про себя я.

- Можно, выйдя из круга рождений, влекущих за собой страдания и смерть, - произнес чей-то голос в моей голове.

- Хм, но как это сделать?

- Жизнь,  а, может, и смерть, покажет, - эхом отозвалось в черепной коробке.

Главный герой 1-й главы книги  «Река Смородина» Михаил – человек, мечущийся по жизни, пытающийся понять ее смысл и найти себя. Он уволился с ненавистной  работы, пытаясь спрятаться от давящей своей безысходностью системы и назойливой помощи окружающих в скромной съемной квартирке. Его личность особо ничем не отличается от других, разве что пребыванием в бесконечной депрессии и странным талантом игрока Darts, в которой он находил поддержку и успокоение, попадая даже с закрытыми глазами точно в цель. Он считал себя атеистом, преследуемый колокольным звоном церкви Архангела Михаила, расположенной неподалеку от дома, и странными видениями – снами.

Всю жизнь его воспитывал суровый отец, которого он никогда не понимал и думал, что не любил. Его мать умерла, когда ему было шесть лет, оставив ощущение тепла и заботы в его сердце. 

Он жил один, не желая делить свои тяжелые мысли с кем-то еще, иногда посещаемый своим другом, который вытащил его на вечеринку, где он познакомился с интересной особой, звавшей себя Кэтти, которая помогла ему выйти из депрессии своей непосредственностью и умением вернуть человека в изначальное состояние себя. Они провели вместе целый день, играя в снежки и катаясь на коньках. Она рассказала, что помнит свои реинкарнации, в которых Михаил играл не последнюю роль. Все хорошее быстро кончается, она уехала в долгую командировку. Не успевшее перерасти в дружбу и любовь знакомство, резко оборвалось, всколыхнув воспоминания прошлых жизней, связавших Кэтти, Darts и его страдания, завертев его в водовороте видений и снов, из которых он не мог найти выход, упорно не понимая, где иллюзия, а где реальность.

 

 

МУЧИТЕЛЬНЫЕ ПОИСКИ КЭТТИ И РЕАЛЬНОСТИ

 

Он открыл глаза, обнаружив себя лежащим в кровати.

- Боже, очередной кошмар, - подумал он, - Как долго они еще будут меня мучить?

Не в силах более выносить звук надоедливого будильника, он вырубил его метко запущенной подушкой. Будильник издал последний жалобный стон, свалившись с тумбочки, резко ударившись о голый стол, от чего треснуло защитное стекло циферблата. Голова раскалывалась как с похмелья, вставать не хотелось, тело ныло, отражаясь болью в мышцах и замедленных движениях. Он силился вспомнить события прошлого дня, потеряв последовательность и всякую возможность восстановить логическую цепочку действий.

Он поднялся с кровати, тяжко вздохнув, медленно побрел в ванную, завернувшись с головой в одеяло. Он открыл кран, задержав взгляд на усталой и небритой физиономии в зеркале:

- Ну и вид, - сказал он вслух, смочив лицо и прополоскав горло прохладной струей воды из под крана, принесшей свежесть раннего утра. Угрюмо сморщив лоб, он выдавил остатки густой белой пасты на взъерошенную зубную щетку, отправив выжатый как лимон тюбик в мусорное ведро.

- Мишель, ты уже встал? – раздался женский голос из комнаты, - кофе и круасаны на столе. Я их разогрела, как ты любишь.

Из зеркала на него смотрело, улыбаясь, миловидное лицом молодой девушки стройной и высокой с утонченными чертами и светлыми волосами. Она положила руки ему на плечи, взъерошив темные волнистые волосы на затылке. Он, вглядываясь в отражение, машинально ответил, что уже идет.

- Дорогой, ты словно приведение увидел в зеркале, - засмеялась девушка.

Мишель встряхнул головой, смочил глаза струей холодной воды, обернулся, отдавшись нахлынувшей волне восторга и нежности, он притянул к себе девушку, обхватив ее миниатюрную голову ладонями, прижав в страстном поцелуе, готовом поглотить все существо без остатка.

- Мишель, - смеясь и игриво уворачиваясь от объятий юноши, произнесла она, - мы же опоздаем, - последнее слово было пущено в пустоту.

- Опоздаем, - медленно, проговаривая каждый слог, повторил он, пристально всматриваясь в глаза девушки.

- Дорогой, с тобой все в порядке?

- Не она, - констатировал кто-то внутри.

Будильник не переставал звонить, не спасала даже подушка на голове, которую он метко запустил, свалив будильник на пол, от удара треснуло защитное стекло циферблата. «Не люблю блондинок», - подумал он. Голова раскалывалась, тело ныло, не слушаясь и не поддаваясь уговорам встать с постели. Кое-как продрав заспанные веки, он устало побрел в ванную, воду, как назло, отключили, зубная паста закончилась.

- Вот незадача, - подумал Михаил, ударив кулаком по водопроводному крану и раздраженно швырнув тюбик с пастой в мусорное ведро.

Он вспомнил про Darts, табло почему-то оказалось на кухне, закрепленное на холодильнике. Он стал кидать один за другим дротики, пока не выпустил их все. Кран закашлял пробивающейся водой, хлынувшей грязным потоком ржавых труб. Михаил умылся, наспех оделся и вышел из дома прогуляться, нечаянно задев по дороге книжную полку, с которой одна за другой посыпались книги, энциклопедии, справочники и журналы. Он принялся их собирать, ставя на место, невольно задержавшись на большой книге с головой Ибиса. Он покрутил ее в руках, прочитав название «Мудрость Тота», пролистал страницы, силясь понять, чем она ему так знакома. Воспоминания отказывались выходить на поверхность, чем сильнее он напрягал ум, тем безжалостнее зияла пустота в голове.

Он закрыл глаза, мысленно произнеся мучавший его вопрос, что происходит, прочитав на первой попавшейся странице увесистой таинственной книги:

 «Группа людей в темных хитонах, расшитых причудливыми иероглифами, расхаживала по кругу храма, находящегося в пещере, с факелами в руках, монотонно читая молитвы на непонятном языке. В самом центре помещения стояла величественная статуя Бога мудрости Тота с головой Ибиса. Они взывали к Ибису, закатывая глаза и поднимая руки к небу. Статуя оставалась неподвижной, устрашающе играя зрачками, меняя цвет глаз, доводя до обморочного состояния наблюдателей».

В глазах появилась какая-то непонятная рябь, буквы стали разбегаться, путаться и мешаться, пока не растворились, оставив страницу совершенно чистой. Михаил попытался несколько раз зажмуриться, он провел рукой по чистому листу, не понимая, что случилось с его зрением. Страница стала оживать, проявляясь странными картинами глубокой древности:  

«Старший жрец подошел к подножию ибиса, протянул факел к самому клюву египетской птицы, от чего все присутствующие замерли в трепетном ожидании. Воздух накалился и поплыл оазисом в пустыне, назойливый дребезжащий звук, усиливаясь, прорывался сквозь пространство, тела затряслись в неистовом припадке, не выдерживая концентрацию жреца, статуя стала разрастаться в размерах, придавливая своей массой окружающих, разинув зияющий пустотой огромный клюв, она поглотила картину в непроглядную черноту. Темнота ослепила, накрыв приступами удушья, закружив в бездне мучительной беспомощности».

Михаил в холодном поту захлопнул книгу, засунув ее в самую глубину полки, он быстро выбежал во двор, спасаясь от назойливого страха и мучительного непонимания.

Улица была пустынна. Отсутствие малейшего ветерка навевало смертельную тоску. Михаил брел в одиночестве, каждый шаг эхом отражался от стен безмолвных однообразных домов. Скрип одинокой вывески непонятной забегаловки привлек внимание, заставив остановиться и зайти внутрь. В помещении был полумрак. Частые столики затрудняли проход. Он заказал себе кофе, в ожидании которого закурил сигарету из обнаруженной в кармане скомканной пачки.

Официантка лениво копошилась за прилавком, не торопясь выполнять заказ. За столиком напротив увлеченно разговаривали две женщины, часто жестикулируя и играя мимикой.

- Я помню свои реинкарнации, - заметила одна из них.

Слова прострелили сознание насквозь. Михаил поперхнулся, закашлял, отбросив сигарету. Он обернулся, всматриваясь в лица женщин, смутив которых, он опустил глаза, пытаясь искоса их разглядеть. Он вспомнил о номере телефона, написанном Кэтти на салфетке, которую безуспешно пытался нащупать в кармане своих джинс. «Видимо, где-то обронил, - подумал Михаил.

- Ну надо же быть таким растяпой, - с досадой заметил он.

- У Вас свободно? - раздался откуда-то из-за плеча скрипучий мужской голос.

Михаил невольно обернулся. На него смотрел смешной тип небольшого роста, плотного телосложения с маленькими миндалевидными глазами и короткими конечностями.

- Да, - поспешил ответить Михаил, отодвигая пепельницу с окурком недавно зажженной сигареты. «Надо было обязательно сесть за мой столик, когда вокруг столько свободного пространства, - подумал он, ругая себя, что разрешил какому-то незнакомцу нарушить его покой.

- Не беспокойтесь, - ответил мужчина, деликатно пододвинувший себе стул, - я не надолго. Смертельно скучно обедать в одиночестве, - добавил он, - в наши дни редко можно встретить настоящего человека.

Михаил закурил вторую сигарету, нервно барабаня костяшками пальцев по деревянному столу. Он несколько раз обернулся к барной стойке, официантка не придала этому никакого значения, продолжая заниматься своими делами.

- Да вы не волнуйтесь, - заметил незнакомец, - здесь всегда так, - все происходит согласно нашим ожиданиям.

Незнакомец достал откуда-то тарелку с аппетитным спагетти под томатным соусом, установил ее перед собой, облизнулся как кот и приступил к блюду, тщательно пережевывая каждую порцию, отправляемую себе в рот.

- Я же говорю, все происходит согласно нашим ожиданиям, - довольно повторил он.       

Михаил почувствовал подступающую тошноту и резкую боль в висках. Единственным желанием было выбраться на свежий воздух. Он бросил недокуренную сигарету, пулей вылетев из заведения. Уличная прохлада ударила в лицо, прояснив сознание, отрезвив мысли.

- Куда же вы так скоро? - послышался приближающийся из кафе голос.

Михаил как ошпаренный со всех ног помчался подальше от этого странного заведения. Ветер больно хлестал по щекам. Холодный воздух заполнял легкие, затрудняя дыхание. Выбившись из сил, он остановился отдышаться.

На противоположной стороне улицы за угол заворачивала фигура в длинном широком плаще с капюшоном.

- Кэтти! - закричал Михаил. Фигура не обернулась, продолжая свое движение.

Михаил, не замечая ничего вокруг, ринулся вслед за незнакомкой в плаще.

- Кэтти! - продолжал он кричать, - Куда же ты?! Это я! Ты меня не узнаешь?!

Фигура ускорила шаг, она уже бежала, оставляя призрачный след кончика своего плаща, который только и успевал ловить взглядом Михаил. Он мчался из последних сил, задыхаясь, боясь потерять из виду незнакомку в плаще. Как ни старался Михаил, расстояние между ними продолжало увеличиваться, он уже был уверен, что упустил фигуру, остановившись, чтобы перевести дух, с удивлением обнаружив, что находится в похожем на лес или заброшенный парк месте. Михаил огляделся вокруг, голые одинокие деревья клонили свои корявые ветви к земле, шелестя тревожным шепотом, переходящим в унылое завывание ветра, пойманного в их сети. Серое небо, закрытое свинцовыми тучами, давило своей безысходностью. Мелкий моросящий дождь постепенно превращал землю под ногами в настоящее непроходимое болото.

 

Он потерял всякую надежду понять, где реальность, а где призрачное сновидение. Картины становились все правдоподобнее и страшнее. Он уже не понимал, кто он и где находится.

Если поддаться демонам-искусителям, можно надолго потерять себя, утонув в бесконечных страданиях и жалости к себе. Пока жива душа, есть связь с Духом и Ангелом-Хранителем, который даст очередной шанс, выведет по реке Смородине к новой жизни.

Мы смертны в теле, но бессмертны в Духе, периодически возвращаясь на Землю доучивать неусвоенные уроки. Дух вечен и бесконечен, дискретно отражаясь историями своего восхождения и развития. Михаил выполнил свою задачу в отмеренной ему очередной жизни, принял свою смерть, перейдя по реке Смородине на ту сторону, родившись снова на этой Земле для поиска себя и Кэтти, завершения колеса страданий и возможного выхода из Сансары.